Неточные совпадения
Конечно, всякому вольно смеяться над некоторыми их странностями, но шутки поверхностного наблюдателя не могут уничтожить их существенных достоинств, из коих главное: особенность
характера, самобытность (individualitè [индивидуальность (фр.).]), без чего, по мнению Жан-Поля, не существует и
человеческого величия.
«Отошлите это в ученое общество, в академию, — говорите вы, — а беседуя с людьми всякого образования, пишите иначе. Давайте нам чудес, поэзии, огня, жизни и красок!» Чудес, поэзии! Я сказал, что их нет, этих чудес: путешествия утратили чудесный
характер. Я не сражался со львами и тиграми, не пробовал
человеческого мяса. Все подходит под какой-то прозаический уровень.
Точно изваяние мира и человека и
характеров человеческих, и названо все и указано на веки веков.
В России в силу религиозного ее
характера, всегда устремленного к абсолютному и конечному,
человеческое начало не может раскрыться в форме гуманизма, т. е. безрелигиозно.
Когда в прошлом философы говорили о врожденных идеях, то, благодаря статическому
характеру их мышления, они плохо выражали истину об активном духе в человеке и
человеческом познании.
Но истинное народное самоуправление, как выявление организованной
человеческой энергии, как обнаружение народного
характера, предполагает самодисциплину и самовоспитание личности и народа, закал воли.
Лишь утверждение народного, имманентно-человеческого
характера государства должно привести к тому высшему сознанию, что государство — в человеке и каждый человек за него ответственен.
«Так утверждает оно (благочестие) свою собственную область и свой самобытный
характер лишь тем, что оно всецело выходит за пределы и науки, и практики, и лишь когда оно стоит рядом с последними, общая сфера духа всецело заполнена, и
человеческая природа с этой стороны завершена» (38).
Моральная теология Канта есть именно тот дурной антропоморфизм или психологизм в религии, которому им якобы объявляется война, ибо тварное и
человеческое выдается здесь за божественное, причем этот воинствующий психологизм принимает явно враждебный религии
характер, как это достаточно ярко обнаруживается и в религиозных трактатах Канта, а особенно Фихте (периода Atheismusstreit).
Христианское учение о греховности
человеческой природы, которое очень легко делалось совершенно отвлеченным, конкретизировалось и приобретало наукообразный
характер.
Тема, поставленная еще Белинским и Герценом, о конфликте между
человеческой личностью, индивидуумом, и природным и историческим процессом приобретает своеобразный
характер в социологических работах Михайловского.
Когда разуму было придано исключительно гносеологическое или субъективно-психологическое значение, он потерял свой вселенский
характер и превратился в разум малый, в
человеческий рассудок.
Когда правда Христова становится видимой материальной точкой на земле, когда правда эта насильственно вводится в души
человеческие, она теряет свой искупительный и спасительный
характер.
О, мы прекрасно знаем, что средневековые люди нередко были полны грубости и жестокости, что средневековая теократия была подменой власти Божьей властью
человеческой, что с веками этими связана инквизиция и суеверия, но все это только подчеркивает двойственный и сложный
характер эпохи.
Говорят, что
человеческое жилище всегда более или менее точно выражает собою
характер людей, которые в нем обитают.
Нередко по этому поводу вспоминались ему чьи-то давным-давно слышанные или читанные им смешные слова, что
человеческая жизнь разделяется на какие-то «люстры» — в каждом люстре по семи лет — и что в течение одного люстра совершенно меняется у человека состав его крови и тела, его мысли, чувства и
характер.
В Москве есть особая varietas [разновидность (лат.).] рода
человеческого; мы говорим о тех полубогатых дворянских домах, которых обитатели совершенно сошли со сцены и скромно проживают целыми поколениями по разным переулкам; однообразный порядок и какое-то затаенное озлобление против всего нового составляет главный
характер обитателей этих домов, глубоко стоящих на дворе, с покривившимися колоннами и нечистыми сенями; они воображают себя представителями нашего национального быта, потому что им «квас нужен, как воздух», потому что они в санях ездят, как в карете, берут за собой двух лакеев и целый год живут на запасах, привозимых из Пензы и Симбирска.
Я говорю о внутренней сокровенной лживости, лживости перед собой и перед Богом, которая ускользает от
человеческого внимания и которая приобретает в сознании людей
характер добра.
Пошлость приобретает эсхатологический
характер, она есть один из концов в
человеческой судьбе.
Бессильный
характер человеческой свободы и нечеловеческий
характер благодати составляют неразрешимый парадокс.
Совершенно так же это носит социальный
характер, и социальная обыденность, консервативная или революционная, религиозная или антирелигиозная, одинаково перерождает
человеческую психику и пользуется в своих интересах подсознательными инстинктами людей.
Демониакальный
характер получает все относительное, превращенное в абсолютное, все конечное, превращенное в бесконечное, все профанное, превращенное в сакральное, все
человеческое, превращенное в божественное.
Государство ещё имеет партикуляристический
характер, оно ещё сознает свои границы, и элементы и функции государства есть во всяком
человеческом общежитии.
Вся картина, которая рождается при этом в воображении автора, носит на себе чисто уж исторический
характер: от деревянного, во вкусе итальянских вилл, дома остались теперь одни только развалины; вместо сада, в котором некогда были и подстриженные деревья, и гладко убитые дорожки, вам представляются группы бестолково растущих деревьев; в левой стороне сада, самой поэтической, где прежде устроен был «Парнас», в последнее время один аферист построил винный завод; но и аферист уж этот лопнул, и завод его стоял без окон и без дверей — словом, все, что было делом рук
человеческих, в настоящее время или полуразрушилось, или совершенно было уничтожено, и один только созданный богом вид на подгородное озеро, на самый городок, на идущие по другую сторону озера луга, — на которых, говорят, охотился Шемяка, — оставался по-прежнему прелестен.
Ежели вообще даже внешняя перемена в обычной жизненной обстановке неудобно отражается на
человеческом существовании, то тем тяжелее действует утрата отношений, имеющих дружеский
характер, особенно если одною из сторон эта утрата принимается равнодушно.
Несмотря на огромное различие в обилии и силе вод, и те и другие реки имеют один уже
характер: русло их всегда песчано, всегда углублено; сбывая летом, вода обнажает луговую сторону, и река катит свои волны в широко разметанных желтых песках, перебиваемых косами разноцветной гальки: следовательно, настоящие берега их голы, бесплодны и, по-моему, не представляют ничего приятного, отрадного взору
человеческому.
От управляющего губернией был послан между тем жандарм за начальником арестантской роты, и через какие-нибудь полчаса в приемной зале уж стоял навытяжке и в полной форме дослужившийся из сдаточных капитан Тимков, который, несмотря на то, что владел замечательно твердым
характером и столь мало подвижным лицом, что как будто бы оно обтянуто было лубом, а не кожей
человеческой, несмотря на все это, в настоящие минуты, сам еще не зная, зачем его призвали, был бледен до такой степени, что молодой чиновник, привезенный вице-губернатором из Петербурга и теперь зачисленный в штат губернского правления, подошел к нему и, насмешливо зевая, спросил...
Но в том-то и дело, что среда, подчиненная силе Диких и Кабановых, производит обыкновенно Тихонов и Борисов, неспособных воспрянуть и принять свою
человеческую природу, даже при столкновении с такими
характерами, как Катерина.
Князь писал, что вполне полагается на «своего добрейшего, благороднейшего Николая Сергеевича и в особенности на Анну Андреевну», просил их обоих принять его ветрогона в их семейство, поучить в уединении уму-разуму, полюбить его, если возможно, а главное, исправить его легкомысленный
характер и «внушить спасительные и строгие правила, столь необходимые в
человеческой жизни».
Я подразделяю людей на две категории: на
человеческое мясо, которое мясом родится, мясом живет и мясом умирает, и на собственно людей — настоящую
человеческую аристократию, выдвинувшуюся из остальной безличной массы или умом, или
характером, или красотой, или талантом.
Лавров и Михайловский по-своему защищают
человеческую личность, не отличая ее, впрочем, от индивидуума, и социализм их, как у Герцена, носил индивидуалистический
характер.
В коммунизм вошли знакомые черты: жажда социальной справедливости и равенства, признание классов трудящихся высшим
человеческим типом, отвращение к капитализму и буржуазии, стремление к целостному миросозерцанию и целостному отношению к жизни, сектантская нетерпимость, подозрительное и враждебное отношение к культурной элите, исключительная посюсторонность, отрицание духа и духовных ценностей, придание материализму почти теологического
характера.
Эта затемненность бывает и тогда, когда утверждается отвлеченная духовность, враждебная
человеческому, т. е. отрицающая богочеловеческий
характер мистики.
От разных форм духовности зависит
характер человеческого труда и отношение человека к хозяйству.
Человеческое познание зависит от ступеней общности людей, от форм их кооперации, от
характера человеческого труда.
Не составляет ли он противоречия общему впечатлению комедии, заставляющей нас признать все преступления в этой среде следствием темноты разумения и неразвитости
человеческих сторон
характера?
Это самое уменье видим мы и в обработке
характера Большова и находим, что результатом психических наблюдений автора оказалось чрезвычайно гуманное воззрение на самые, по-видимому, мрачные явления жизни и глубокое чувство уважения к нравственному достоинству
человеческой натуры, — чувство, которое сообщает он и своим читателям.
На всех лицах написан испуг и недоверчивость; естественный ход мышления изменяется, и на место здравых понятий вступают особенные условные соображения, отличающиеся скотским
характером и совершенно противные
человеческой природе.
Ко всему этому надо себя приготовить, воспитать себя для этого, а именно: переломить свой
характер, выбить из головы дурь, т. е. собственные убеждения, смирить себя, т. е. отложить всякую мысль о своих правах и о
человеческом достоинстве.
Стоял чудный июльский вечер. В тенистой части парка, прилегающей к пруду, царствовал тот таинственный, перламутровый полумрак, который располагает к неге и мечте. Несколько знакомые с
характером Сигизмунда Нарцисовича читатели, быть может, удивятся, что он склонен был к мечтательности. Такие почти несовместимые качества встречаются в
человеческой натуре. Быть может, впрочем, что мечтательность эта была простым отдохновением чересчур практического ума и сластолюбивой натуры пана Кржижановского.
Самое высшее проявление полноты
человеческого здоровья и силы Ницше видел в эллинской трагедии. Но лучше, чем на чем-либо ином, можно видеть именно на трагедии, какой сомнительный, противожизненный
характер носила эта полнота жизни, сколько внутреннего бессилия и глубокой душевной надломленности было в этом будто бы героическом «пессимизме силы». Скажем прямо: во всей литературе мира мы не знаем ничего столь антигероического, столь нездорового и упадочного, как эллинская трагедия.
Романтизм беспрестанно плакал о тесноте груди
человеческой и никогда не мог отрешиться от своих чувств, от своего сердца; он беспрестанно приносил себя в жертву — и требовал бесконечного вознаграждения за свою жертву; романтизм обоготворял субъективность — предавая ее анафеме, и эта самая борьба мнимо примиренных начал придавала ему порывистый и мощно-увлекательный
характер его.
Все эти таланты и посредственность, а вкупе с нею и вся художественная бездарность вынесли из воспитательной среды этого заведения художественные прихоти великих дарований: они любят поощрять в себе разнузданность страстей и страстишек, воспитывают в себе
характеры примитивные и бредят любовью к женщинам и любовью к природе, не понимая самых простых обязательств, вытекающих из любви к женщине, и не щадя природы человека в самых глубочайших недрах
человеческого духа.
То внутреннее содержание, от которого зависит то или другое устройство обществ, те открытия и изобретения
человеческого ума, которые так резко определяют
характер того или другого периода истории человечества, совершенно закрыты для него.
Мы показали одно из этих отношений, наименее благоприятствующее самостоятельности поэта и нашли, что при нашем воззрении на сущность искусства художник и в этом положения не теряет существенного
характера, принадлежащего не поэту или художнику в частности, а вообще человеку во всей его деятельности, — того существеннейшего
человеческого права и качества, чтобы смотреть на объективную действительность только как на материал, только как на поле своей деятельности, и, пользуясь ею, подчинять ее себе.
Очень часто мы отправляемся в общество, на гулянье вовсе не за тем, чтобы любоваться
человеческою красотою, не за тем, чтобы наблюдать
характеры, следить за драмою жизни; отправляемся с заботами в голове, с замкнутым для впечатлений сердцем.
Монологи и разговоры в современных романах немногим ниже монологов классической трагедии: «в художественном произведении все должно быть облечено красотою» — и нам даются такие глубоко обдуманные планы действования, каких почти никогда не составляют люди в настоящей жизни; а если выводимое лицо сделает как-нибудь инстинктивный, необдуманный шаг, автор считает необходимым оправдывать его из сущности
характера этого лица, а критики остаются недовольны тем, что «действие не мотивировано» — как будто бы оно мотивируется всегда индивидуальным
характером, а не обстоятельствами и общими качествами
человеческого сердца.
Принцип утех — великий принцип, которому суждено вечно пленять
человеческие сердца, и ежели тут есть беда, то не в том, что люди желают наслаждаться утехами, а в том, что по обстоятельствам эти утехи нередко получают
характер звериный и человеконенавистнический.
Классовая борьба, этот первородный грех
человеческих обществ, в XIX веке углубилась и изменила свой
характер.
— Есть люди… — сказала она и остановилась; она сделала над собой усилие, чтобы казаться равнодушной, но не выдержала и посмотрела мне в глаза с ненавистью, которая мне была так знакома. — Есть люди, — сказала она, — для которых голод и
человеческое горе существуют только для того, чтобы можно было срывать на них свой дурной, ничтожный
характер.